Так считает учитель Исовской школы Ирина Суворова
Мое знакомство с Ириной Николаевной Шадриной (Суворовой) произошло много лет назад, когда я была старшеклассницей.
В класс вошла учительница русского языка и литературы, выпускница пединститута. Это была тонкая, словно веточка, девушка с добрыми карими глазами, слишком скромная и тихая для профессии учителя. Мне тогда показалось, что со страниц романа Л.Н. Толстого «Война и мир» к нам сошла сама Наташа Ростова…
Наша героиня родом из поселка Журавлик. Символично, что дом, где росла будущая учительница литературы, стоял на улице Лермонтова, 16. До пятого класса Ирина училась в Журавлинской начальной школе.
В школу – по шпалам
«В пятый класс я пошла в Исовскую восьмилетнюю школу. На пару с подружкой Людой Киселевой мы ходили по узкоколейке, как в песне по шпалам. Зимой через реку путь был короче, но дорогу часто заметало, и мы шли по снежной целине, но даже в сильные морозы не пропускали уроки.
После окончания восьмилетней школы перешли в среднюю школу, где я серьезно увлеклась туризмом и краеведением под руководством Надежды Дмитриевны Болотовой. Примерно в 1974-1975 годах на городском слете туристов мы заняли первое место и стали участниками областного слета, проходившем на реке Чусовой. Боже, какая потрясающая там красота! В походах и на туристических слетах с нами всегда был бессменный руководитель Виталий Михайлович Решетников».
Все давалось легко
«В школьные годы я всегда занималась общественной работой, была председателем пионерской дружины и секретарем комсомольской организации. Все предметы мне давались легко, например, алгебра и геометрия: все понятно, логично и ясно! Учителем математики была Зоя Викторовна Мосина: строгая, требовательная, с такой сложно не знать предмет! Интересна была мне история, которую преподавала Антонина Петровна Григорьевна: на вступительных экзаменах в пединститут этот предмет я без труда сдала на «отлично»! Учителем физкультуры была Марина Аркадьевна Брагина– замечательный человек, позже она стала литератором. Много лет мы были с ней коллегами, но я все равно видела в ней своего учителя! Помню Людмилу Константиновну Живилову– учителя биологии, она так много знала и умела! При школе был большой сад, теплицы, даже кролики – и за все это отвечала Людмила Константиновна. Из-за ее чрезмерной доброты дисциплина на уроках биологии хромала, зато наша троица: я, Людмила Киселева и Алевтина Автушко (Макрушина) всегда слушали ее с открытым ртом».
Повлияла на выбор
«Одно время я мечтала стать врачом. Однако такой у меня характер, что остро чувствую чужую боль, и я понимала, что, когда верх берут эмоции и сострадание, оказать медицинскую помощь сложно. На выбор поступить на филфак повлияла Алевтина Николаевна Гаврилова– учитель русского языка и литературы. Мы ее просто обожали, даже подражали ей в ее неповторимом акценте. Она казалась нам необыкновенно красивой, просто небесным созданием... Она великолепно читала стихи, и нас учила не просто читать наизусть, но и сценическому движению, правильным позам и жестам чтеца.
В 1979 году я окончила Свердловский государственный педагогический институт. Помню, как выпускницей пединститута пришла в Нижнетуринский ГОРОНО, который тогда возглавляла Гаврилова А.Н. и ее слова: «Я хочу, чтобы в Вашей трудовой книжке было всего две записи: о приеме на работу и об уходе на пенсию». Так и случилось, в августе будет 47 лет моей педагогической деятельности».
Уроки практики
«Из студенчества мне запомнилась практика, старшекурсницами мы работали в поселке Большой Исток в Сысертском районе. Практиканткой я вела шестой класс и восьмые-девятые, тогда проводились открытые уроки с присутствием психолога или методиста. После открытых уроков был подробный разбор: неправильно стояла у доски, закрывая обзор ученикам, не так ходила между рядами (спиной нельзя ходить!), неверная интонация и пр. И это далеко не придирки, а важные моменты, которые необходимо знать каждому учителю.
Конечно, накануне я не спала от волнения, но дети, такие молодцы, они были крайне дисциплинированны: руки сложены, спинка прямая, взгляд внимательный. А старшеклассники открывали дверь и…крестили! После уроков и разбора полета мы, студентки, бывало, ревем, а ученики нам яблоки принесут и витаминами успокаивают».
Первый выпуск
«Помню, какое умиление вызвал у меня мой первый класс. Мне было 22, а детям 11-12 лет. Я вела у них русский язык, литературу и была классным руководителем. Позже у меня было много классов, но этот, первый выпуск 1984 года, так и остался самым любимым.
Это были какие-то по-особенному правильные дети, помню всех до одного. Каждый из них для меня был по-своему дорог, но любимчиков не было. Иногда к детям из трудных семей испытываешь какое-то необъяснимое, почти материнское чувство, хочется поддержать и даже поцеловать в макушку! (смеется)
Мы с ребятами много ездили в театр, в цирк и просто погулять по городу. Однажды, приняв экзамен у десятого класса, я с чемоданом прямиком отправилась в пионерлагерь «Осокино». Приехала, а они, как галчата, меня окружили: «Ура! Наша воспитательница приехала!»
А походы?! Запомнился поход в поселок Косья с целью сбора краеведческого материала. Более тридцати детей, из взрослых – я, папа ученицы Александр Петрович Фот, вожатый Юра Скрябин. Поход был интересный: с показом кино в местном клубе, с привалами и ночевкой в школьном спортзале. Сейчас я бы не рискнула три десятка учеников вести в поход – это же такая ответственность, а ходили мы не раз! А тогда была молодая, рисковая, бесстрашная! И дети были послушнее!»
«Мои дети»
Сейчас Ирина Николаевна – классный руководитель инклюзивных классов с 6 по 9 класс, в этих же классах преподает русский язык и литературу. В таких классах все дети, независимо от особенностей здоровья и развития, обучаются вместе. Вместе с ними обучается и Ирина Николаевна! Она проводит Дни именинников, «Разговоры о важном», «Цветок добра», конкурсы и чаепития, устраивает для них маленькие сюрпризы. Во многом благодаря ее стараниям и неравнодушию, дети с ментальными и физическими особенностями полноценно включены в социум и во все сферы жизни. Она не называет детей по фамилии, только по имени, а часто просто «мои дети».
Порой этим ребятам и поделиться не с кем своими проблемами, и тогда они идут к ней, потому что знают – она не просто выслушает, а поймет, подскажет, даст добрый совет. А как вдохновлено она рассказывает об их творческих успехах! Например, Даша Толстых – мастерица на все руки, а Валентин Саранин – танцор и зажигалка, на ходу придумывает красивые поздравления.
Весь ее телефон забит фотографиями учеников. Дети говорят, что их учитель не умеет кричать, сердиться, не любит ставить двойки. А сама Ирина Николаевна культивирует в своих учениках позитивное отношение к окружающим, умение защитить себя, раскрыть свои таланты и просто рада, что скрашивает жизнь этих ребят. Она верит, что все у них получится, и они не будут выброшены на обочину жизни.
Судьба не балует
Судьба нашу героиню не баловала и не балует до сих пор. В жизни Ирины Николаевны был очень тяжелый момент – уход сына Артема. У мальчика было четыре врожденных порока сердца, несовместимых с жизнью. Неимоверные усилия были направлены на то, чтобы сын жил, но шансов не было.
21 сентября Артему должно было исполниться двадцать лет, а 7 сентября, в День рождения пресвятой Богородицы, его не стало. Это был невероятно добрый, светлый мальчик с большим, пусть и больным сердцем. За свои неполные двадцать лет он успел стать хорошим, верным другом, многим помог освоить компьютерную грамоту. Позже ребята, освоившие с Артемом ПК, легче проходили службу в рядах Российской Армии. Ирина Николаевна считает, что все испытания даны нам свыше… И, несмотря на невосполнимую утрату родного, самого близкого ей человека, она не разучилась любить чужих детей.
Пример и авторитет
Особенно теплые воспоминания Ирины Николаевны связаны с дедушкой по материнской линии Захаром Никитовичем Калегиным. «Это был человек очень интересной судьбы. Родился он в конце 19 века, на годы его жизни выпали все самые страшные события: Первая мировая и Гражданская войны. В Великую Отечественную войну он был уже непризывного возраста, но работал старателем, добывая платину и тем самым помогая фронту.
В памяти остались рассказы о плене в Германии в годы Первой мировой войны. Немцы в лице русских видели сильных, толковых и трудолюбивых мужиков. Русских пленных одели в добротную одежду, выдали все, вплоть до часов. Даже хотели женить, чтобы они там остались. Но русские отказались, тогда над ними стали измываться: кормили баландой, которую наливали прямо в выкопанную яму. Нескольким пленным, в том числе и Захару, удалось сбежать.
«Запомнились слова деда о том, как, оказавшись на русской земле, они ее целовали. Так трогательно это звучало из его уст, казалось бы, такой крепкий суровый мужик, и такая нежная любовь к родной земле!
Дедушка Захар умел все: виртуозно шил на машинке «Зингер», в одиночку косил огромные поля, занимался земледелием. Отличительной чертой его характера, как бы это пафосно ни звучало, была высокая ответственность за семью, за детей, за Родину. Для нас сестрой дед Захар был героем, авторитетом, примером!
Мне было двенадцать лет, когда деда не стало: это была первая потеря близкого человека. Однажды приснилось: мы идем: он такой большой, надежный, я рядом, и моя маленькая рука в его мозолистой ладони… Проснулась с чувством защищенности, веры, что и сейчас он где-то рядом и помогает, поддерживает в трудный час».
Настоящие труженики
«Мои родители были настоящими тружениками. Отец, Николай Васильевич Шадрин, родом из большой многодетной семьи. Был мастером на все руки: построил большой дом (дед Захар помогал), разработал огород. Семейную жизнь начинали с нуля, в новый дом отец сам смастерил кровать, стол, табуретки.
Он не чурался никакой работы. Поздно ночью возвращался уставший и с головы до ног в мазуте. Работал на тяжелой технике: был и тракторист, и бульдозерист, позже освоил американский погрузчик, для работы на котором прошел обучение в Москве. За плечами у отца была только начальная школа, но он обладал практическим умом и сметкой, награжден медалью «За Трудовое отличие». Мечтой отца было дать нам с сестрой достойное образование, она сбылась.
В лице деда Захара и отца у меня с детства сложился идеал настоящего мужчины. Очень бережно отец относился к маме. Он считал, что у нас, его девочек, должно быть домашнее воспитание. И мама, Людмила Захаровна, десять лет не работала, учила с нами уроки, прививала любовь к чтению и только потом вышла на работу. Раньше писали чернилами и из-за каждой, даже малейшей кляксы, домашнюю работу приходилось переписывать. Так воспитывались и усидчивость, и терпение, и прилежность».
Добро с кулаками
«Я была девочкой умной, отличницей, но очень бойкой. Мои ученики не верят, когда рассказываю, что меня даже на позорную линейку ставили за то, что однажды я побила мальчишку. Я не просто дралась, а выступала за справедливость по принципу «добро с кулаками».0
Этот парнишка был отъявленный хулиган, всех обижал, и я его вызвала на бой. Хитрости мне было не занимать, потому встречу назначила на берегу реки и в ходе драки столкнула его с берега. Он скатился, а я осталась наверху как победитель. Это событие получило огласку, его стыдили, что девчонка побила, зато больше он никого не трогал!»
Поддерживать талантливых педагогов и создавать условия для всестороннего развития школьников. помогает нацпроект «Молодежь и дети»
